Самая нудная персональная страница в Интернете
Долой оформление. Только сок мозга

Акакий Донка

 
 
Всякий, кто путешествовал в окрестностях Ростова с удочкой, а то с ружьишком, обязательно останавливался в каракорских степях, чтобы поглядеть на это чудесное явление — каракоры. Особенно причудливы они на закате, когда солнце подсвечивает их искоса красным, а стаи дроф гнездятся меж каракор на ночевку, возбуждая гулкое эхо ударами тяжелых крыльев.
Красота каракор привлекала местных жителей и путешественников издавна. Место с особо крупными каракорами даже вызвало в народе серьезную топонимическую реакцию: всем известен город Семикаракорск — административный центр одного из районов Ростовской области.
С этим самым Семикаракорском связана одна занимательная история, главным героем которой стал профессор ботаники Базельского университета Питер Федосов. Федосов родился в багаевских степях, рос и учился в Семикаракорах. Сызмальства красота родной степи и ее чудного явления — каракор — привлекала его пытливый ум. Из-за этого имел он много неприятностей от режима — известно, что попытки исследования каракор даже в “оттепельные” годы не приветствовались тогдашней властью, и те, кто пытался всерьез поднять эту тему, приравнивались чуть ли не к адептам лженаук генетики и кибернетики. Конечно, интерес к каракорам так и не оформился в отдельную науку. Скорее всего, потому, что генетика и кибернетика имели питательную среду для бурного роста на Западе, каракоры же остаются уникальным явлением и локализованы только к юго-востоку от Ростова в непроходимых донских степях.
Тем не менее даже и в шестидесятые интерес общественности к каракорам был велик, их романтический облик вдохновлял местных поэтов, драматургов. Сам Федосов вспоминает, как в конце шестидесятых он участвовал в постановке “сказки для взрослых” силами драмкружка семикаракорского завода “Метиз”. Спектакль назывался... ну, конечно, “Волк и семеро каракор”. По сути это была острая сатира на равнодушие отдела культуры семикаракорского райкома партии к исследованию чуда каракорских степей. Реакция властей на постановку была незамедлительной: драмкружок разогнали, худрук вылетел с “Метиза”, а Петр Федосов (это уже в Швейцарии он стал Питером) тогда впервые всерьез задумался о сопротивлении злу насилием. Позже судьба свела его с известными советскими диссидентами и логично забросила в эмиграцию.
Труды Федосова по ботанике прославились в научном мире тем, что в них он по воспоминаниям детства описывал флору каракорских степей, которая для западного исследователя была недоступна, ибо факт существования каракор советской властью просто замалчивался (да и сейчас многие ли о них знают даже у нас, на Дону?). Краеведческий интерес Федосова естественно привел его к историческим разысканиям. Копаясь в архивах казачьей эмиграции, в 1982 году Питер Федосов сделал сенсационное открытие. В архиве казака Меркулова — денщика атамана Краснова — он обнаружил письмо Тимофея Духова, отца того самого Ермака, который завоевал русскому царю Сибирь. В письме старый казак писал сыну, собирая того в поход: “А еще держу пороху и оружия изрядно в Шести(!) Каракорах”.
Известно, что Духов жил неподалеку от Семикаракорской. Выходит, что казаки в шестнадцатом веке под нынешним Семикаракорском насчитывали лишь шесть каракор. “Каракоры растут!” — осенило Петра Федосова.
Стало понятно происхождение старинной степной поговорки “Жди у седьмой каракоры”, которую жители семикаракорских степей употребляют со значением “напрасно ждешь, не дождешься”. Никто не мог понять, почему у этой поговорки такое значение. Чем седьмая каракора так выделяется? Теперь понятно, что в старину, когда у Семикаракорска было лишь шесть каракор, ждать чего-либо у несуществующей седьмой каракоры означало ждать “нигде”, то есть напрасно. Крепка память языка!
Федосов не остановился на чудесном историческом открытии. В 1989 году он выдвинул смелую теорию о появлении новых каракор. Фотографии каракорских степей, сделанные с французского разведывательного спутника, были обработаны на компьютере, и блестящая догадка подтвердилась: в пяти километрах к западу от Семикаракорска отчетливо видны очертания восьмой каракоры! Специальные расчеты показали, что восьмая каракора окончательно оформится к концу следующего столетия.
Изменится ли название этого населенного пункта, как это уже было в его истории? Да и вообще, хочется спросить: откроют ли областные власти наконец глаза на проблему каракор, этой квинт-эссенции донской степи? Или... “ждать у восьмой каракоры”? Так ведь она появится.
Но здесь нельзя бросаться и в крайности. Когда весть о росте восьмой каракоры достигла земляков Петра Федосова, кое-кто в Семикаракорске пытался под шумок разыграть национальную карту — предлагали заменить название города и отказаться от тюркского обозначения “каракоры”. В самом деле, в местном казачьем диалекте содержится четыре нормативных обозначения этого чудесного явления и еще два ненормативных (одно из которых употребляется почти так же часто, как собственно “каракоры”). Но нельзя забывать, что феномен каракор уже вошел в мировую науку именно под этим названием, а слово “каракоры” употреблялось еще нашими предками. Сам автор блестящей гипотезы, профессор Питер Федосов, категорически против переименования каракор, хотя допускает, что его родной город вполне может быть переименован в следующем веке в Восьмикаракорск.
Пока же восьмую каракору обычным человечьим глазом и не видно. Но сколь же пытлив ум человека, постигающий вещи, природой тщательно сокрытые!
Много еще тайн хранят донские каракоры. В чем причина их роста? Почему больше нигде в мире это явление себя не обнаружило? Спросим у восьмой каракоры, когда она вырастет.
октябрь 1996 года
 
© Kazhdy.ru
Можно отсюда брать все
Только, пожалуйста, делайте живую ссылку